Режиссер-документалист рассказал, как будет развиваться фестиваль «Артдокфест», о войне в документальном кино и что делать документалисту в России сегодня.
«Эти люди, правящее сословие, оно едино в том, что оно переживает стокгольмский синдром, это во-первых. Во-вторых, они все до конца не понимают, что происходит. И в-третьих, они прекрасно ощущают, что впереди крайне неприятная для всех для них развязка»
«Без маниловщины, без абстракций, без слов о счастье и свободе, государство, в котором людям будет хорошо, и очень важно, чтобы было справедливо»
Политолог и социолог, президент фонда «ИНДЕМ» Георгий Сатаров рассказал, чем отличается путинская Россия от ельцинской, почему расстрел здания Верховного Совета в 1993 году это не удар по демократии и почему обсуждать изменения в Конституции сегодня бессмысленно.
Главная ошибка Путина, конечно, состоит в том, что он действительно собирался проводить спецоперацию, а вляпался по уши в то, что Роскомнадзор не разрешает называть по имени, но оно все равно пахнет. Это произошло потому, что был допущен стратегический просчет в оценке ситуации сразу по нескольким ключевым параметрам.
Лауреат Нобелевской премии, писатель Светлана Алексиевич рассказала, почему в Беларуси не получился протест и почему оппозиция недооценила Лукашенко, о европейской левизне и дефиците больших политиков в современном мире, о кризисе демократии и о своей новой книге.
Писатель Виктор Шендерович рассказал, почему теракт в «Крокус Сити Холле» – личный позор Владимира Путина, объяснил, как власти могут использовать трагедию в своих целях и поговорил о вероятном снятии моратория на смертную казнь в России.
«Возможно, нужна некоторая ось — например, Украина, Британия, Польша, Балтийские страны, которые потенциально самые близкие жертвы, которые все-таки войдут в войну по-настоящему и не только поставками вооружений, и укрепят и усилят украинскую армию»
Илья Новиков — о том, как живет Киев в условиях ракетных обстрелов и какой будет ответственность россиян за войну в Украине.
Андрей Колесников — о том, почему пропагандисты заговорили о Гааге, о возможности переговоров между Россией и Украиной и о том, почему россияне до сих пор не голодают.
«Если раньше его одаривали вполне человеческими определениями, то сейчас уже, конечно, люди просто ждут, когда он сдохнет»
Какой будет новая Конституция и новая государственная идеология в России? Повлияет ли возможный приход к власти Трампа на глобальную поддержку Украины? Почему убрали Пригожина и ждать ли, все-таки, раскола элит в России?
