13 января 1991 г. Советский танк маневрирует рядом с Вильнюсской телебашней. Фото: Stringer / AFP / Scanpix / LETA

«Крутил пушкой, как будто игрался». Интервью с защитником Вильнюсской телебашни Витаутасом Пецюконисом

В январе 1991 года произошла целая серия столкновений мирных жителей Литвы и военных, которых советский режим направил в страну, чтобы вернуть ее в состав Советского Союза. Тысячи несогласных выходили на гражданские акции по всей стране, чтобы отстаивать вновь обретенную свободу. 

Основные события развернулись в Вильнюсе. Советские спецотряды штурмовали телевизионную башню и телецентр, пытались захватить здание Верховного совета. Им противостояли безоружные люди. 14 из них погибли. Еще несколько сотен получили травмы и ранения.

Витаутас Пецюконис был одним из тех, кто не побоялся выйти навстречу танкам. Он лично вытаскивал людей, которые попадали под их гусеницы. С ним поговорила корреспондент «Полигона» Юля Азарова.

— Расскажите, пожалуйста, как вы запомнили то, что произошло в январе 1991 года?

— 11 января военные заняли Дом печати. Я услышал сирены и сказал своему начальнику: «Не могу работать. Я побегу туда, посмотрю, что там творится». Меня отпустили, и я побежал к Дому печати, встал перед дверями. Мы ждали новых гостей. И их машины подъехали. Один парень сверху облил их чем-то. Тогда офицер пустил в этого мальчика серию [выстрелов]. Через пять минут его вывела скорая помощь. Он был уже без щеки, в нее попала пуля.

Потом мы поехали к телебашне, на нее еще не нападали. Это было на следующий день, кажется, это была суббота. Я был дома, мы уже ложились спать. Но тут по радио сообщили, что в городе танки, чтобы жители были осторожнее. Как только я услышал эти слова, сразу же оделся и выбежал на улицу. Дома остались жена и наши трое детей. Я поймал машину, и мы поехали к башне. 

Когда мы добрались до нее, здесь уже были танки. Один из них стоял внизу (у подножья холма, на котором построена телебашня — Ю.А.) и крутил пушкой, как будто игрался. А другие танки поехали дальше, сломали забор и подъехали к самой башне. Они начали стрелять холостыми снарядами. Холостой выстрел танка дает такую волну, что на ногах удержаться очень трудно, и часть людей попадала. А еще от этих волн лопнули стекла в окнах, и осколки летели прямо в толпу. Люди стали отходить от башни — и попадали под танки. Им просто некуда было деваться. Под один из танков попало сразу четыре человека, и только тогда он остановился. 

Витаутас Пецюконис в наши дни и 13 января 1991 года (в коричневом берете).
(фото из архива Витаутаса Пецюкониса)

По мне тоже серьезно ударило волной от выстрела, но я быстро очухался и пошел к этому танку. Мы стали вытаскивать из-под него людей. Троих мы смогли оттащить сразу, а четвертой — женщине — придавило ногу, мы никак не могли ее вытащить. Так как я сам был танкистом, я знал, как подать знак, чтобы он отъехал. Одной рукой я уперся в танк, чтобы он не ехал вперед, а другой показывал: назад. Он отъехал, и тогда мы смогли забрать эту женщину. Но если бы я не стоял там и не регулировал, то мы могли бы и без ноги вытащить ее. 

А потом я услышал по радио, что [министр обороны СССР] Язов показывал эту фотографию и говорил: «Видите, что в Литве творится? Один стоит впереди, регулирует танк, а другие сзади людей подкладывают!» Он думал, что люди всерьез поверят этому. 

— Эта женщина выжила после штурма телебашни?

— Да, она выжила. Мы вынесли ее, скорая забрала ее повезла в больницу. Но мы вернуться обратно уже не смогли, нас не пустили. И мы пешком пошли до Сейма. Думали, что там, может быть, еще не забирают. 

Около Сейма народа было столько, что даже представить страшно. Как будто вся Литва собралась. Я подумал: «Ну, мы уже победили, сюда танки точно не проедут». Они просто не смогли бы пройти из-за такого количества людей. 

— Пойти к Дому печати и затем к телебашне и Сейму — это был ваш гражданский порыв или вы участвовали в национально-освободительном движении?

— Нет, не участвовал. Но как гражданин я чувствовал свою ответственность, я думал: «А вдруг мы сможем чем-то помочь?»

— Кем вы тогда работали?

— Я работал на кондитерской фабрике Pergalė. С фабрики я и прибежал к Дому печати. 

— Когда спустя годы после того, как Литва обрела независимость, вы узнали, что уже Россия нападает на Грузию, на Украину, что вы подумали?

— Конечно, я про это слышал. Их политика была нам не по душе еще тогда. Мы хотели жить отдельно, и за это в нас стреляли. А они хотели снова управлять всем. Не знаю, зачем им это нужно. Похоже, у них система такая: мы боремся за мир, но хотим захватить весь мир. 

— А когда сейчас вы читаете новости о войне в Украине, вы ощущаете какую-то опасность для себя, для своей страны? 

— Если бы не Украина, думаю, они уже были бы у нас. Спасибо Украине, что они задержали. Что дальше — будет видно. Если украинцев вовремя обеспечат вооружением, они смогут их удержать. Но если будут тянуть — будет хуже. 

«Полигон» — независимое интернет-издание. Мы пишем о России и мире. Мы — это несколько журналистов российских медиа, которые были вынуждены закрыться под давлением властей. Мы на собственном опыте видим, что настоящая честная журналистика в нашей стране рискует попасть в список исчезающих профессий. А мы хотим эту профессию сохранить, чтобы о российских журналистах судили не по продукции государственных провластных изданий.

«Полигон» — не просто медиа, это еще и школа, в которой можно учиться на практике. Мы будем публиковать не только свои редакционные тексты и видео, но и материалы наших коллег — как тех, кто занимается в медиа-школе «Полигон», так и журналистов, колумнистов, расследователей и аналитиков, с которыми мы дружим и которым мы доверяем. Мы хотим, чтобы профессиональная и интересная журналистика была доступна для всех.

Приходите с вашими идеями. Следите за нашими обновлениями. Пишите нам: [email protected]

Главный редактор Вероника Куцылло

Ещё
Кирилл Рогов, политолог
Кирилл Рогов: «Российские военные не хотят воевать»